НБУ в мае смягчил отдельные требования к банкам, но усилил бдительность над рисками — «Финансовый пульс»

В мае 2026 года Национальный банк Украины принял ряд важных решений, которые свидетельствуют о постепенной корректировке регуляторной политики: с одной стороны — создаются условия для более активного кредитования экономики, а с другой — сохраняется достаточно жёсткий контроль за рисками, капиталом и качеством банковского надзора.

Об этом говорится в обзоре новаций нормативной базы НБУ за май, подготовленном Центром экономических исследований и прогнозирования «Финансовый пульс».

По словам руководителя аналитического департамента «Финансового пульса» Диляры Мустафаевой, майская нормотворческая активность регулятора была достаточно важной по содержанию.

«Главный тренд мая — это осторожное ослабление отдельных регуляторных требований там, где это может помочь банкам активнее кредитовать экономику. Но важно, что это не ослабление надзора как такового. Напротив, НБУ параллельно совершенствует инструменты контроля за рисками, стресс-тестированием, капиталом и ликвидностью банков», — отметила аналитик.

Одним из ключевых решений мая стало постановление №48 от 01.05.2026, которым НБУ несколько снизил требования к формированию резервов по кредитным операциям. Это решение было принято после наблюдения за кредитными рисками в условиях войны и имеет целью высвободить часть капитала банков для дальнейшего наращивания кредитования в рамках реализации Стратегии по развитию кредитования.

«Для банковского сектора это крайне важно. Регулятор признаёт, что при определённых условиях чрезмерно жёсткие резервные требования могут сдерживать кредитование. А сегодня кредитные ресурсы нужны бизнесу, домохозяйствам, энергетике, критической инфраструктуре. Поэтому точечная корректировка требований может иметь практический эффект для оживления кредитной активности», — пояснила эксперт.

Ещё одним решением, направленным на поддержку кредитования, стало постановление №52. Им НБУ отсрочил начало формирования банками и банковскими группами буфера системной важности. Соответствующие требования начнут действовать с 1 января 2028 года.

В «Финансовом пульсе» отмечают, что такое решение особенно актуально в условиях потребности в финансировании восстановления критической инфраструктуры, которая регулярно подвергается повреждениям вследствие массированных воздушных атак.

«Отсрочка формирования буфера системной важности фактически оставляет банкам больше пространства для работы с кредитным портфелем. Это не отменяет будущих требований, но даёт сектору время и ресурс для поддержки экономики в период, когда потребность в финансировании является чрезвычайно высокой», — подчеркнула Диляра Мустафаева.

В то же время, по её словам, ослабление отдельных требований не означает снижения внимания НБУ к устойчивости банковского сектора. Напротив, майские решения свидетельствуют, что регулятор продолжает выстраивать более точную систему оценки рисков.

Так, решением №134-рш НБУ утвердил методологию стресс-тестирования банков в рамках оценки устойчивости 2026 года. Она предусматривает оценку показателей деятельности банков и достаточности их капитала по базовому макроэкономическому сценарию, а также по неблагоприятному сценарию, который моделирует глубокий и длительный кризис.

«Стресс-тестирование — это ответ на ключевой вопрос: способен ли банк выдержать не только текущие условия, но и существенное ухудшение экономической ситуации. Для военной экономики это критически важно. Банковская система должна оставаться устойчивой даже в случае реализации негативных сценариев», — подчеркнула Мустафаева.

Кроме того, постановлением №57 от 28.05.2026 НБУ утвердил Положение об установлении повышенных значений пруденциальных нормативов для банков Украины. Документ предусматривает возможность установления для банков повышенных требований к достаточности капитала и ликвидности в зависимости от профиля риска банка и результатов надзорной оценки SREP.

По оценке «Финансового пульса», это решение является важным шагом к более индивидуализированному банковскому надзору.

«Речь идёт о переходе от универсального подхода к более риск-ориентированной модели. Если банк имеет более сложный профиль риска, более слабые внутренние процессы или более высокую уязвимость к шокам, регулятор сможет устанавливать для него повышенные требования. Это логичное развитие пруденциального надзора», — пояснила Диляра Мустафаева.

В мае НБУ также обновил требования к определению минимального размера риска расчёта. Согласно постановлению №55, банки должны до 31 июля 2026 года утвердить доработанные внутрибанковские документы с учётом этих изменений.

Отдельный блок решений касался операционной деятельности банков. Постановлением №56 НБУ уточнил особенности проведения внеплановых выездных проверок банков и учреждений по валютно-обменным операциям во время военного положения. А постановлением №58 регулятор усовершенствовал требования к сохранности ценностей и систем технологического видеоконтроля за процессом проведения банками кассовых операций.

Также НБУ уделил внимание платёжному рынку. Постановлением №51 от 14.05.2026 регулятор внёс изменения в Порядок эмиссии и эквайринга платёжных инструментов, в частности платёжных карт. Цель изменений — усиление прозрачности платёжных операций при предоставлении услуги эквайринга, детенизация экономики и повышение уровня защиты прав пользователей платёжных инструментов.

Кроме банковского сектора, регулятор в мае уделил внимание и небанковскому финансовому рынку. Постановлением №49 от 05.05.2026 были утверждены изменения в Правила составления и подачи отчётности участниками рынка небанковских финансовых услуг в НБУ. Постановлением №53 урегулирован ряд вопросов авторизации страховых посредников и условий осуществления деятельности по реализации страховых и перестраховочных продуктов.

В «Финансовом пульсе» считают, что майские решения НБУ демонстрируют стремление регулятора сбалансировать две ключевые цели — поддержку кредитования экономики и сохранение устойчивости финансовой системы.

«НБУ старается действовать сбалансированно. Там, где есть возможность снять часть регуляторного давления для развития кредитования, он это делает. Но одновременно усиливает инструменты оценки рисков, стресс-тестирования и пруденциального надзора. Для военной экономики именно такая модель является наиболее рациональной: больше пространства для кредитования, но без потери контроля над рисками», — резюмировала Диляра Мустафаева.